Лилия Юрьевна Брик — одна из самых ярких и неоднозначных фигур в истории русского авангарда. Она была не просто музой, а полноценным соавтором и интеллектуальным двигателем великих творцов. Лилия состояла в знаменитом «любовном треугольнике» с поэтом Владимиром Маяковским и режиссером Всеволодом Эйзенштейном, что превратило их жизнь в настоящий перформанс.
Она обладала невероятным вкусом и проницательностью, помогая формировать эстетику целой эпохи. Брик вела активную общественную жизнь, занималась организацией культурных мероприятий и была связующим звеном между художниками и новой властью. Её образ — это сочетание дерзости, стиля и железной воли, изменившее облик советского искусства.
Надо внушить мужчине, что он замечательный или даже гениальный, но что другие этого не понимают. И разрешить ему то, что не разрешают дома. Например, курить или ездить, куда вздумается. Ну, а остальное сделают хорошая обувь и шелковое белье.
Настоящие друзья как алмазы — дороги и редки. Ложные друзья словно осенние листья — они повсюду.
Брюс Ли
Многие дела нашей партии и народа будут извращены и оплеваны прежде всего за рубежом, да и в нашей стране тоже. Сионизм, рвущийся к мировому господству, будет жестоко мстить нам за наши успехи и достижения. Он все еще рассматривает Россию как варварскую страну, как сырьевой придаток. И мое имя тоже будет оболгано, оклеветано. Мне припишут множество злодеяний.
Я не могу делать то, чего не хочу.
Могу только не делать того, что хочу.
Марина Цветаева
Нет боли сильнее, чем та, что причиняют друг другу влюбленные.
Сирил Конноли
Обыкновенный человек ждет хорошего или дурного извне, а мыслящий — от самого себя.
Антон Чехов
Мои нервы сейчас может спасти только море.
Айкидо — это лекарство для больного мира. В мире есть зло и беспорядок, потому что люди забыли о том, что все вещи происходят из одного источника. Возвратись к этому источнику и оставь все эгоистические мысли, пустячные желания и гнев. Кем не владеет ничто, тот владеет всем.
Воспитанные на русской литературе ездят за возлюбленными в Сибирь. В Париж за ними ездят все остальные.
Мария Арбатова
Верх неудобства — это когда в душе ещё романтизм, а в ноге уже ревматизм.
Дон-Аминадо
Перо не инструмент, а орган писателя.
— Франц Кафка
